|
Господин оформитель
Ведущий солист и композитор самой долгоиграющей группы на постсоветском пространстве "Машина времени" Андрей МАКАРЕВИЧ отвечает на вопросы "ВЕСТЕЙ"
Светило солнце. Бабье лето отдавало недоданное прежде тепло. В юрмальской Лиелупе, рядом с теннисным центром, среди сосен и новых трех— и четырехэтажных домов была назначена встреча с культовой фигурой советского рока Андреем МАКАРЕВИЧЕМ. Повод — ошеломляющий: композитор и поэт, певец и музыкант, дайвер и горнолыжник, кулинар и продюсер, писатель и живописец выступит в роли… оформителя интерьера квартир элитного юрмальского жилого комплекса Aristo.
Да–да, того самого, в котором якобы недавно купила апартаменты Ксения СОБЧАК. Ее квартирка в 100 квадратных метров, к слову, оценивается тысяч в 400 евро. Один информационный портал даже под эту сурдинку выдал, что Макаревич будет оформлять квартиру Собчак…
Впрочем, все это оказалось не так. Или не совсем так. Макаревич действительно приложит руку к дизайну нескольких квартир в Aristo. И вовсе не за бешеные бабки. Так чем же его тогда сюда заманили? На эти вопросы Андрей ответил собравшимся журналистам, а позже дал эксклюзивное интервью (спасибо организаторам!) еженедельнику "ВЕСТИ".
О работе в Aristo
— Вообще–то в моем дипломе записана профессия: архитектор–оформитель, — напомнил Андрей МАКАРЕВИЧ, объясняя свою новую ипостась. — И я старался ее не терять, несмотря на долгие годы занятия музыкой. В большей степени оформление нескольких квартир будет, скорее, занятием для души. Все же деньги сегодня я не этим зарабатываю.
Я очень люблю природу, и с особым пристрастием и большой осторожностью отношусь к архитектуре, которую надо вписывать в природу. Считаю: чем природа лучше, тем легче ее испортить архитектурой, какая бы архитектура ни была. Здесь, по–моему, все получилось замечательно. С одной стороны — настоящая современная европейская архитектура, с другой — она с очень большим вкусом вписана в пейзаж. Поэтому, если бы моя работа и мой образ жизни позволяли мне хотя бы по полгода раз в году проводить здесь, я бы купил квартиру на верхнем этаже. К большому сожалению, я понимаю бессмысленность этой затеи, потому что по роду своей деятельности я должен находиться либо на гастролях, либо в Москве.
Но я постараюсь в силу своих способностей приложить руку к 2–3 квартирам. Это все–таки серьезная работа. И я надеюсь, что общего полотна не испорчу.
Над интерьером собственного жилья я всегда работал сам. Помогал и друзьям. Конечно, не с ведром белил и кистью, но какими–то идеями и предложениями. У меня нет определенного любимого стиля. Он определяется задачей. А вот новорусский стиль, чеканку по керамике с последующей позолотой я очень не люблю.
И то, что представляла архитектура в годы советской власти, меня не привлекало. Меня очень расстроил контраст между замечательным преподаванием, которое тогда было в архитектурном институте — у нас была великолепная библиотека с журналами со всего мира по архитектуре, очень хорошие преподаватели, — и жизненной реальностью. Когда я вышел из института, я понял, что есть определенные шаблоны, в рамках которых и придется существовать. А больше ничего нет.
Я семь лет проработал в институте "Гипротеатр", который строил театры, Дворцы культуры, цирки. Я пришел туда, когда в Новгороде уже проектировался театр. Я через 7 лет оттуда ушел, а он еще проектировался. Такие темпы меня не устраивали…
Сюда я прилетел на несколько часов, чтобы посмотреть все своими глазами. Возьму потом блокнотик. Подумаю над идеями, сделаю эскиз. Конечно, собственноручно красить стены в Юрмале я не буду. И уезжаю так быстро, потому что у нас идет гастрольный тур — "Машине времени" 40 лет, и очень насыщенная осень. Поэтому я надеюсь, что с юрмальским проектом меня не будут торопить. Потому что до декабря я в основном буду в поездках.
Недвижимостью не обременен
— Как давно вы знаете руководителей проекта?
— Александра Гордона я знаю достаточно давно, с архитектором сегодня познакомился.
— Поэтому вы и дали согласие?
— В общем–то, да. Я приехал посмотреть, как все это выглядит. Я посмотрел три типа квартир. Они одинаково завязаны с природой, везде одинаково хорошо продуманы окна и везде хороший вид из окон. Это очень важно для того, чтобы придумать интерьер. Все же то, что за окнами, создает настроение. Нужно его не разрушить, а продолжить.
— Вы ведь в МАРХИ (Московском архитектурном институте) учились, потом уходили, потом вновь возобновили учебу уже на вечернем отделении…
— Я не уходил — меня уходили. За "несоответствие образу советского студента"…
— В Юрмале произойдет своего рода возврат в профессию?
— Это интересно на самом деле. Просто само место провоцирует на это.
— А о том, чтобы обзавестись недвижимостью в Латвии, вы все же не думали?
— Ну, это абсолютно бессмысленно.
— А прежде на подобные проекты или что–то похожее в России или за границу вас не звали?
— Нет, меня не звали, потому что память человеческая становится короче и короче. У нас сознание клиповое — мало кто помнит, что я вообще–то архитектор. Пока я вел программу "Смак", многие удивлялись: ну, совсем с ума сошли — повар запел уже…
— А вообще какой–либо недвижимостью за границей вы владеете?
— Я всегда себя останавливаю, потому что даже если тебе что–то очень нравится, я понимаю: ну, я сейчас куплю этот дом и буду сюда приезжать на 4 дня в году. Потрачу кучу денег. На эти деньги я смогу 50 лет приезжать сюда по четыре раза в год, не обремененный никакими лишними мыслями.
— Но в той же Юрмале много известных россиян уже что–то себе прикупили. Вы в курсе?
— Конечно, в курсе. Вот и несколько моих знакомых занимаются приобретением здесь каких–то домиков…
"Своих взглядов не меняю"
— В прессе прошла информация, что Ксения Собчак во время "Новой волны" купила в комплексе Aristo трехкомнатную квартиру. Ей бы оформили жилье?
— Во–первых, она ко мне не обращалась, а во–вторых, мы с ней существуем в достаточно удаленных друг от друга пространствах. Я не вполне понимаю, чем занимается она, а ей, видимо, не очень интересно то, чем занимаюсь я…
— "Машине времени" 40 лет. Как изменились ваши взгляды на жизнь за это время?
— Во–первых, я стал на 40 лет старше. Говорил я 40 лет назад и сегодня говорю то, что считаю нужным. Слава тебе Господи, никто в этом меня пока не ограничивает. Я не думаю, что мои какие–то ключевые представления о мире, о людях, добре и зле изменились. Это — самое главное.
Было некоторое время назад у меня интервью с Познером по телевизору. А он очень любит раскопать какое–то интервью 10–летней давности. И вот тут у него не получилось, потому что он достает газету и говорит: "А вы тогда говорили вот то–то и то–то…" Я ему: я и сейчас так считаю. Беседа не пошла… В общем, у меня мнения не меняются, честно вам скажу. Я 40 лет назад писал то, о чем думаю. И сейчас пишу так же.
Об УРГАНТЕ и телешоу
— Вас часто можно видеть в жюри конкурса КВН. А как вам шутки Comedy Club?
— Меня это не интересует.
— А то, что делает Иван Ургант?
— Это — его профессия. У Вани замечательная скорость реакции и очень хорошее природное чувство юмора. Поэтому он абсолютно своим делом занимается, и я очень рад, что он в "Смаке" подхватил мою эстафету. А что касается "Камеди клаба", у меня такое ощущение, что лучшие люди, выходящие из КВНа, как–то очень быстро теряют планку: или денег сильно хочется, или они думают, что людЯм так нравится. Но это их проблемы.
— А как вам все эти многочисленные телепроекты — типа "два конька", "две звезды"?
— Я даже не знаю, что это, поверьте. Жизнь такая короткая, зачем тратить время еще на это?
— А вас не пытались зазвать спеть с кем–нибудь?
— Они знают, что я туда не пойду.
"Пробки уносят жизнь…"
— Интервью — это необходимое зло. А с какими из "зол" в жизни вам еще приходится мириться?
— Да, Господи, начиная с пробок московских! Я трачу каждый день в пробках, наверное, часа по три–четыре. Если сложить хотя бы за десять лет, получается страшный срок. Страшный! Но что с этим можно поделать?
— Поэтому некоторые обзаводятся чуть ли не кабинетами на колесах?
— Но все равно ты будешь стоять в пробке. Поэтому я вынужден ездить с водителем, а в это время сидеть за компьютером, разговаривать по телефону, отдавать распоряжения и что–то слушать. Но это все равно не решает проблему.
— И это — самое меньшее из зол, с которыми приходится сталкиваться?
— Нет. Это — трата времени жизни не на то, на что ты должен его тратить. Так что это — очень большое зло.
О наградах и СССР
— Теркинское "я скажу: зачем мне орден — я согласен на медаль" вам не подходит: у вас и медаль "Защитнику свободной России" есть, и ордена — Почета и "За заслуги перед Отечеством IV степени"… Как вы относитесь к этим конкретно наградам и наградам вообще?
— Да никак. Наградили — спасибо большое. В момент награждения тебе приятно, ты тешишь себя мыслью, что что–то сделал, и твои труды оценили. Ну а потом награды лежат в ящике стола, пока ты не помрешь…
— Государственные награды музыкантам — это чисто российское явление?
— Почему? "Битлз" ведь наградили орденом Британской империи.
— Ах, да, еще и звания пэров присвоили…
— Да, это во всем мире примерно так делается.
— Вот у вас медаль за защиту Белого дома. А у людей сейчас и в России, и во многих других экс–советских республиках все усиливаются ностальгические настроения по бывшему СССР…
— У разных людей — разные настроения, — с нажимом замечает Андрей, даже не дождавшись окончания вопроса. — Точной статистики ни у кого нет. Социологическим опросам я не верю — это конъюнктура политического толка. У меня таких настроений нет. Я знаю, что у огромного количества моих друзей и знакомых, которые меня окружают, их тоже нет. Вот это я знаю точно. Потому что я с ними в контакте. Остальное — это разговоры.
— Но отчасти людей можно понять. Даже в той же Латвии: тогда было спокойнее — за старость, за своих близких даже при всем том идеологическом убожестве и маразме, который был. Но не кажется ли вам, что постепенно картинка партустановок сейчас как–то начинает совпадать с тем временем? Вы бы хотели возвращения хоть в какой–то форме федеративного государства?
— Ну, нельзя войти в одну реку дважды. Даже если будут искренне пытаться восстановить СССР — такого "совка" уже не получится. В мире прошло уже 20 лет. Это все несерьезно.
"Не формат"
— Вы как–то сказали, что просто рассказываете свои истории под музыку. А как вам история победителя "Евровидения" в Москве — белорусского норвежца Саши Рыбака?
— Я не смотрю "Евровидение".
— А у вас прежде никогда не было мысли поучаствовать в этом конкурсе?
— Да вы что, с ума сошли?! Что мы там будем делать?!
— И на "Новую волну" в Юрмалу вас не звали? Тоже не ваш формат?
— Мне это совершенно неинтересно. А звать — звали. Несколько раз…
— Это все же говорит о чем–то… Вы в курсе, что у Юрия Антонова этим летом в рамках "Новой волны" был творческий вечер?
— Дай Бог здоровья ему! Мы сейчас проведем творческий вечер там, где мы захотим его провести.
— Алла Пугачева приезжает на этот фестиваль каждый год, считается его музой. Как вы относитесь к Алле Борисовне, как к певице и человеку?
— Я не понимаю вопросов: кто к кому как относится? Какое это имеет значение? Я отношусь с уважением ко всем коллегам, — тут в голосе Андрея зазвучали патетические нотки. — Поэтому это не позволяет мне разговаривать с третьими лицами о том, как я к кому отношусь. Если Алла Борисовна меня спросит, как я отношусь к ее последней песне, я ей скажу! И журналисты для этого совершенно не нужны…
— А как вы относитесь к собственной известности? Когда создавали школьный ансамбль "Кидс", мечталось об этом?
— Какой–либо рок–н–ролл в Стране Советов представлялся настолько неосуществимым, что мы даже о чем–то особенном не мечтали. Просто хотелось нам играть такую музыку, мы ее и играли. Хотелось быть, как "Битлы", — и все.
— Как ваши дети относятся к знаменитому папе? Это не мешает им в жизни?
— Это надо у них спрашивать. (На сегодня известно о трех детях композитора и певца: взрослых — дочери Дане и сыне Иване, и маленькой Анне. — Ред.).
"Женщина не должна рулить мужем"
— В интервью одному журналу вы сказали, что женщина никогда не бывает права. Не опасались, что женщины на вас обидятся?
— Сейчас не вспомню, в каком контексте это было сказано. Тут важно, что за чем следовало…
— В отношениях с женщинами вы придерживаетесь патриархальных взглядов? Китчен–кирхе–киндер (кухня–церковь–дети — с немецкого. — Ред.)? Не кажется ли вам, что многие проблемы в мире связаны именно с разрушением роли женщины в семье?
— Я не люблю, когда сильная жена начинает рулить слабым мужем. А если еще этот муж известный и талантливый, это принимает крайне уродливые формы. И такое встречается, к сожалению, не только в нашей стране, но и во всем мире. Это я не приемлю совершенно. Каждый должен заниматься своим делом.
— Кризис в отношениях, кризис в экономике. Вы сами какой кризис чувствуете больше? Люди заслужили эти потрясения из–за своей жадности?
— Не судите — да не судимы будете. Никакого кризиса я не чувствую. Разговоры про кризис меня достали. В этом году, например, у нас гастролей больше, чем в прошлом. Поэтому про кризис ничего не могу сказать. Занимайтесь своим делом и поменьше трындите на тему всяких ужасов. Я вам могу сказать, что, по моему глубокому убеждению, две трети этих ужасов случаются потому, что пресса нам о них долдонит с утра до ночи. И рано или поздно они происходят. Писали бы о чем–нибудь хорошем. Хотя бы иногда…
и еще
Андрей МАКАРЕВИЧ о…
…корпоративах
— Ближайший концерт 17 сентября в подмосковной Барвихе — это корпоратив?
— Какой корпоратив?! Концертный зал большой — с кассами и билетами. Мы корпоративы почти не играем, мы работаем кассовые концерты. Думаю, что мы одни из очень немногих артистов, которые в нашей стране так сегодня существуют.
— Поете живьем, конечно?
— Конечно.
…кино
— Как у вас складываются отношения с кинематографом после сериала "Танцор", где вы выступили не только композитором и поэтом, но и генпродюсером?
— Мне очень захотелось экранизировать книжку, я попробовал на своей шкуре, что такое продюсер. Это — такая прокладка между заказчиком и режиссером. Это — мучительный и очень неблагодарный труд. Я понял, что это — совершенно не мое. Кино мы сделали, оно прошло, его даже повторяли. Но мне оно не нравится. Из той ситуации, в которой мы находились, я старался выжать все, что можно было выжать. Было абсолютное непонимание между режиссером и телеканалом. Наверное, опытные продюсеры такие вещи разруливают, как дважды два. Но я понял, что мне ни к чему этому учиться. У меня масса других занятий, в которых я себя чувствую гораздо более уютно…
Известные изречения Андрея МАКАРЕВИЧА
О счастье
"Проведя некоторое время в поисках определения счастья и не удовлетворившись ни одним из прочитанных, я вывел свое собственное: "Счастье — это то, что нельзя запланировать"…"
О смысле жизни
"Современный человек вообще не готов к смерти — иначе ему пришлось бы признать, что все, чем он занимался в этой жизни вплоть до внезапного прощания с ней: ел манную кашу в детском саду, учился, прогуливал уроки, выпивал, ходил на работу, женился, изменял жене, разводился и женился снова, болел, делал подарки друзьям, смотрел футбол, ездил на рыбалку, чинил машину, читал книги, мечтал о хорошем, — все это и было смыслом его жизни…"
"Вести", № 37.
Источник: 
|
|
|
|