|
Как в бочке с бензином
Рижанин Олег Сердюк знает, как защитить море от нефтяного апокалипсиса.
Олег Федотович прибыл в редакцию с толстым пакетом. О себе сообщил кратко: "Окончил одесский Институт инженеров морфлота. Да, тот, в котором учился Жванецкий и в то же время. Но лично с ним не знаком. Они уже тогда с Виктором Ильченко больше занимались творчеством и украшали им наши студенческие вечера. А мне известность не нужна — важно метод продвинуть, ведь утечки нефтепродуктов с танкеров приносят столько беды!"
Недавно "Вести Сегодня" рассказывала о международных учениях по сбору нефти, которые проводились в Рижском заливе международной организацией Helcom при участии 11 судов стран Балтийского региона. На эту публикацию и откликнулся наш читатель Олег Сердюк, прослуживший 46 лет в морфлоте инженером–механиком. "Есть же более эффективный способ!" — уверяет он.
Картину, когда нефть растекается по поверхности моря, наш собеседник наблюдал лично и неоднократно — оттуда и научное вдохновение. Впервые на его глазах это случилось в 1970–м в Вентспилсском порту: при погрузке финского танкера "Пурха" лопнул береговой трубопровод, и оттуда хлынула сырая нефть. Залила палубу, стала стекать в воду. Насосы остановили через считанные минуты, но за это время в море оказалось 200 тонн нефти. "Наш танкер "Апшеронск" оказался в эпицентре этой лужи. Ощущение было такое, будто меня с головой опустили в бочку с бензином, не дай Бог, искра откуда–то взялась бы!" — вспоминает наш собеседник.
Еще более серьезную аварию Сердюк наблюдал девятью годами позже: в том же Вентспилсском порту из иностранного танкера "Антонио Грамши" вылилось 8 тысяч тонн сырой нефти. "Это был апокалипсис! Латвию спасло лишь то, что это огромное, в несколько квадратных километров пятно дрейфовало к Аландским островам. Через месяц две трети его достигли берегов Финляндии и Швеции (треть нефти испарилась). В СССР это происшествие не афишировалось, но, по сообщениям финской прессы, советская сторона заплатила за ущерб Финляндии 60 миллионов марок, а Швеции — 70 миллионов крон".
Уже через четыре дня после этой катастрофы он предложил свой метод по очистке моря. Но применять его не торопились: "Одни специалисты его поддерживали, другие тормозили. Я же не из их круга, а ученые ревностно относятся к чужакам и не спешат впускать их в свой круг. Жаль, что из–за этого дело страдает, ведь в 1981–м я мог бы серьезно помочь Клайпеде — там с иностранного танкера в акваторию вылилось 16 тонн мазута! Ущерб, по данным Ингосстраха, 750 миллионов рублей, что равнялось годовому бюджету Литовской ССР. В итоге мазут вакуумными насосами отсасывали ассенизаторы всей Литвы — 200 машин съехалось. Хотя в порту тогда стоял землесос "Ирбенский", который легко и с гораздо большим эффектом справился бы с проблемой".
Метод Сердюка был применен только в 1989–м, и применен от безысходности, как он говорит. Тогда у берегов Аляски потерпел аварию американский танкер "Экксон Валдиз": "Сначала наш землесос "Вайдегубский" работал по финской технологии, но она не дала результатов ввиду низких температур воды и воздуха. И тогда капитан использовал мои разработки. За 22 минуты он поднял на борт 320 тонн нефтеостатков, большая часть к тому времени уже была выброшена ветром на берег. Успех! За ту операцию судна мингазпрома страна заработала несколько миллионов долларов, а я — благодарственную грамоту от замминистра".
Но это был единственный успех Сердюка по сию пору. Он предлагал свою помощь по спасению экологии Бискайского залива премьеру Испании, но оттуда лишь через два месяца прислали "сердечное спасибо". Хотя метод, по заверениям автора, прост, надежен и в то же время по эффективности во много раз превосходит существующие (он описан в российском научно–техническом производственном журнале "Судостроение" № 2 за 1999 год).
Суть его в использовании судна–землесоса. Его основная работа — углубление морских каналов, он поднимает грунт со дна и перекачивает его в свой трюм. Но если грунтозаборные трубы не опускать на дно, а, наоборот, поднять до уровня поверхности моря, на которой плавает нефть, то насос перекачает ее в трюм. С помощью приспособлений Сердюка перекачает быстро и эффективно. В трюме она отстоится, нефть всплывет, а чистую воду можно спускать обратно в море.
Почему же его метод не используется, коли он так эффективен и прост? Ничего странного в том, объясняет Олег Федорович. Дело в том, что нефтяные катастрофы всегда бьют по экологии, но не всегда по карману. К примеру, рыбаки Аляски заработали в том 1989–м на 10 лет вперед, устраняя последствия катастрофы. За очистку одного квадратного метра им платили по 642 доллара! На рыбе столько не "поднимешь". Или Бискайский залив — там огромные деньги заработали компании, выпускающие резиновые сапоги, комбинезоны, пластмассовые ведра. Разве быстрое устранение последствий катастрофы им выгодно?
Но наш изобретатель упорно верит в победу, вышел на организацию Helcom, просветил ее по части новой технологии, ждет ответа. Хотя больше всего человеку хочется быть услышанным именно в своей стране: "По оценке специалистов, обнаруженные на континентальном шельфе Латвии месторождения, хранят в себе около 150 миллионов тонн нефти. Разработка означает повышение вероятности загрязнения моря нефтью, и, значит, Латвия должна иметь собственный землесос–нефтесборщик, способный не только углублять морские каналы, готовить котлованы под буровые платформы, но и собирать в случае аварий нефтяные пятна. Кризис кризисом, но перевозки нефти по Балтийскому морю никто не отменял, и, значит, надо быть готовыми это море защищать".
"Вести Сегодня" № 179.
Источник: 
|
|
|
|