|
Теодорс Тверионс: "Вам мало того, что вы купили Parex за 2 лата?..."
По мнению президента Ассоциации коммерческих банков, у государства есть хорошие шансы продать Parex в этом году. Но перед этим нужно решиться на очень непопулярный шаг — снять ограничения на изъятие депозитов. Только тогда можно увидеть, чего банк стоит на самом деле, но делать это нужно как можно быстрее. И еще государству не следует воевать с бывшими акционерами банка.
Двойные стандарты
— Скандал вокруг выплаты процентов по вкладам бывших владельцев Parex может решиться в самое ближайшее время. Считаете, что государство не должно платить?
— Когда я прочитал официальное мнение о том, что цель ограничения на выплату процентов — это требование Еврокомиссии и защита интересов государства, я удивился. Как такое можно говорить, если Parex — это не частный банк, а государственный, в котором вклады Каргина и Красовицкого — это обычные депозиты. Вот если бы банк до сих пор принадлежал им, а государство просто оказывало бы помощь, то можно было бы ссылаться на европейскую практику — и это было бы правильно. С таким же успехом можно спросить у Госкассы, которая регулярно получает проценты по вложенным в банк депозитам (около 40 млн. латов за прошлый год) — а почему, собственно, получаете? На себя тоже тогда нужно накладывать такие же ограничения, а не применять закон для одних депозитов, а поправки — для других.
Тоже самое касается формулировок о том, что в банк вкладываются госсредства. Так вы же вкладываете их в свой же банк, который вам и принадлежит, так чего жаловаться? В прошлом году акционеры всех банков увеличили основной капитал на 700 млн. латов, и 200 млн. латов из них — это капитал Parex. Это ведь не какая–то благотворительность для чужих карманов, это вклад в собственный банк.
— С чем вы тогда связываете внезапность этих поправок?
— Только с политическим популизмом. И Комиссия по надзору за рынками финансов и капитала тут не причем — они делают то, что им говорят. Кто кому хочет отомстить? Явно вопрос из этой плоскости. Если государство всерьез считает, что Каргин и Красовицкий в чем–то виноваты, ну так заводите на них дело, судитесь, доказываете свои интересы через суд. А тут какие–то странные методы... Или дайте возможность этим ребятам забрать деньги. Вы же уже купили их банк за 2 лата. Неужели этого мало?
— Если бывшие акционеры подадут в суд на государство, то выиграют его?
— Однозначно выиграют. Хочется верить, что до этого не дойдет. Да и не нужно сегодня это никому — наконец–то появилась возможность продать банк.
Цена ошибки — 50 миллионов
— Сегодня слышно много мнений о том, стоит ли делить банк перед продажей. Вы что думаете?
— Думаю, что выбор тут невелик. Фактически государство пошло по пути национализации, а не помощи проблемному банку. В другом варианте и расклад мог быть другой. Значит имеет право распоряжаться своей собственностью так, как считает нужным. Второй момент — это сложность мировой ситуации. Не будь сейчас кризиса, кто бы говорил о том, что банк нужно срочно продавать. Я помню, как в году 2007 Parex чуть не продали, и инвесторы были серьезными. В цене не сошлись, причем не договорились о каких–то 50 млн. латах. Сейчас кажется невероятной нелепостью, но так уж получилось. Нужно понять, что продать сегодня Parex — это великая радость для всех, иначе нужно готовиться к новым вложениям в банк, в его капитал. Исходя из этого, деление банка на "продаваемую" и "непродаваемую" часть — это тоже объективная необходимость.
— Может быть государство могло бы лучше управлять банком и оставить его в своей собственности?
— Не думаю, что государство вообще рассматривает этот вариант, особенно имея Hipoteku banka. Кстати, у него до минимума сокращены коммерческие функции тоже неспроста — государство не очень–то хочет в это ввязываться. И это, наверное, правильно.
— Озвученный принцип разделения банка не всех устраивает. Главная претензия "из народа" –— почему мы должны нести ответственность за деньги, одолженные не нами?
— Банк нельзя продать только с одними активами — пассивы все равно там будут. И в основном это вклады жителей. А с вкладами вообще не все просто: до сих пор есть ограничение на снятие депозитов, так что вопрос — какие депозиты могут уйти в хорошую часть и что с ними будет через какое–то время. А синдицированные кредиты, которые нужно отдавать государству международным инвесторам — это все те же кредиты, выданные людям и предприятиям. И если какая–то часть из них уйдет в "хороший" Parex — а это безусловно, –— то какая–то часть останется и в "плохом" Parex. Государство со временем сможет их вернуть. Можно, конечно, токсичные кредиты предложить потенциальным покупателям банка, но дисконт там будет не более 10%. Кстати, в скандинавских странах ранее была популярна эта модель: государство выкупало у банков проблемные кредиты, а потом работало с ними 10–15 лет. При этом убытки государства были минимальны. Тем более, от продажи хороших активов банка государство получит какие–то средства, с помощью которых можно погасить синдицированные кредиты. Что же касается вкладов Госкассы, а это 640 миллионов, то они отойдут в "плохую" часть, и если там есть живые деньги, то их можно будет забрать в любой момент.
Не банк, а контора
— Тогда фактически речь не идет о том, что "плохая" часть Parex останется в виде банка?
— Думаю, что да — не останется. Либо государство, отделив эту часть, организует некую государственную компанию, которая будет управлять токсичными кредитами, отчужденной недвижимостью, и все это растянется лет на 20. Либо сразу пустит на банкротство. Мне кажется, что первый путь более правильный. Что же касается "продаваемой" части, то тут тоже могут быть несколько покупателей, которые могут выкупить весь "хороший" Parex по частям.
— Думаете, есть шансы продать банк в этом году?
— Есть, но если не случится приступ глупости и тупости.
— Что имеете ввиду?
— Ну смотрите, что происходило с ограничениями по вкладам. Они ведь до сих пор не сняты. Разве это правильно? Если вдруг они будут сняты сейчас, то начнется третья волна оттока денег. Первая была еще до перенятия банка, вторая — сразу после перенятия. Но сейчас не лучшее время для этого — тем более, что Parex готовят к продаже.
— Нужно было сразу опускать банк на "дно"?
— Это было бы правильней — мы бы получили банк без сюрпризов. Сейчас же неизвестно, чего ждать, насколько серьезным может быть отток. Пусть бы раньше утекло из банка все, что могло. А сейчас мы имеем полубольной или полуздоровый банк — кому что больше нравится.
"Деловые Вести", № 9.
Источник: 
|
|
|
|